Главный списокЭлектрооборудование

"...легальным путем решить проблему почти невозможно"



СП ЗАО “ХЭМЗ-IPEC” (г.Харьков) Дата образования — 1995 год, начало работать в 1996 году. Продукция — 84 типа погружных электродвигателей мощностью от 22 кВт до 250 кВт для привода центробежных насосов по откачке пластовых жидкостей из нефтяных скважин. Крупнейшие акционеры — почти 100% акций принадлежат канадской International Petrpoleum Company. Количество работающих — 450 человек. Производственные площади — 20 тыс.кв.м. Объем производства электродвигателей в 2001 году (в денежном выражении) — 49 млн грн. Почему спросили у них СП ЗАО “ХЭМЗ-IPEC” — нетрадиционный представитель отечественных производителей электродвигателей. Во-первых, он делает исключительно глубинные “движки” для нефтедобытчиков, во-вторых, является весьма успешным предприятием на общем довольно-таки унылом фоне, в-третьих, его акции почти полностью принадлежат иностранной компании. Наконец, самое главное — почти весь свой товар СП “гонит” за пределы Украины. Вот мы и решили выяснить, как чувствует себя украинский экспортер высокотехнологичной продукции в современных условиях. — Каков ваш рынок сбыта? — 99% продукции мы поставляем на экспорт, в основном в Россию и Белоруссию. Данные Таможенного комитета свидетельствуют, что по состоянию на сентябрь 2002 года доля нашего предприятия в экспорте в Россию электродвигателей и электрогенераторов всех мощностей и габаритов составляла 35%. Наши основные покупатели — ТНК, ЛУКойл, ЮКОС, “Славнефть” и другие нефтедобывающие компании. — А “Укрнефть”? — С ней тоже работаем. Однако если в Украине добывается 2 млн т нефти в год, а один ЛУКойл добывает 46 млн т, понятно, что наш основной потребитель — россияне. — Ваш главный учредитель — крупная канадская компания. Почему вы не поставляете электродвигатели в ту же Канаду? — Наша продукция — немаловажная, но лишь составная часть целого комплекта оборудования по добыче нефти, в который кроме двигателя входят: насос, станция управления, трансформатор, кабельная линия. Во всем мире покупают сразу полный комплект, разве что в России предприятия еще берут отдельные агрегаты и сами их комплектуют. Но в последнее время на российском рынке активизировали свою деятельность ведущие американские компании, поставляющие полнокомплектные установки для нефтедобычи и предлагающие к тому же услуги по сервисному сопровождению и ремонту. — Как вы собираетесь действовать в этой ситуации? — Ведем переговоры с американскими компаниями о том, чтобы они применяли в своих установках наши электродвигатели. Для этого в прошлом году мы сертифицировали систему качества производства на соответствие международным стандартам ISO9002, а в этом году планируем получить сертификат еще более высокого уровня. Но такие переговоры с иностранными производителями — дело не одного дня. Очень тяжело преодолеть психологический барьер: ведь американцы считают, что украинское оборудование не может быть хорошим. — А на самом деле? — Технические характеристики наших электродвигателей несколько хуже американских, чего мы и не скрываем. Но это обусловлено объективными причинами. Дело в том, что высокая точность погружного электродвигателя зависит от качества изоляционных материалов, оборудования и используемой меди. Изоляционные материалы мы применяем хорошие, а вот по второму и третьему пунктам отстаем. — Поскольку вы почти “стопроцентный” экспортер, невозмещение НДС для вас, должно быть, одна из существеннейших проблем? — Существенная, хотя не единственная. С возвратом НДС складывается парадоксальная ситуация. Так вышло, что мы никогда не пользовались льготами, положенными совместным предприятиям. До начала нынешнего года проблему НДС мы кое-как решали: при импорте комплектующих и материалов передавали таможне так называемые импортные векселя и таким образом перекрывали взаимные налоговые обязательства. Но в декабре прошлого года был принят закон откровенно дискриминационного характера относительно СП. Мало того, что их лишили льгот, так еще и запретили передавать в таможню векселя в погашение импортного НДС. Для нас это был страшный удар. В прошлом году мы передали таких векселей в счет невозмещенного нам бюджетом НДС на 3,7 млн грн. А в этом году были вынуждены уплатить таможне уже “живыми” деньгами 2,1 млн грн. При этом НДС нам по-прежнему не возмещают. Этот долг составил около 2,5 млн грн. и продолжает расти. Получается глупость какая-то: все на общих основаниях пользуются правом импортных векселей, а мы, как СП, оказались в каком-то ущербном положении. — А ситуация с отгрузкой на условиях FOB вас коснулась? — Самым непосредственным образом. Вся эта чехарда, затеянная ГНАУ, к чему привела? Раньше все риски по доставке продукции перекладывались на нашего покупателя, и это было нам выгодно. А когда мы попали в ловушку, подстроенную налоговиками, все риски легли на нас. Наши потребители находятся не ближе Москвы, и мы вынуждены были перейти к самостоятельным перевозкам по территории иностранного государства. Однажды, в 2000 году, у нас уже был неприятный инцидент, правда, тогда мы везли комплектующие из России в Украину. За 9 км до российской таможни нашу машину ограбили люди, переодетые в милицейскую форму. И с тех пор мы платим штрафы родному государству в размере 0,3% стоимости пропавшего груза за так называемое нахождение валюты за рубежом. — Ежемесячно? — Ежедневно! Хотя все знают, что мы правы. Но на сегодня мы уже заплатили налоговой две стоимости того груза. И в какие только инстанции ни обращались, никто не может помочь. И ни один суд не принимает к рассмотрению дела, связанные с валютой за рубежом в случае ее пропажи на чужой территории. Теперь нас толкают к тому, чтобы мы транспортировали свою продукцию по иностранной территории. Значит, мы должны либо нести дополнительные страховые расходы, либо быть готовыми при подобных происшествиях вернуть деньги покупателю и заплатить ему неустойку. — Вы много работаете с российскими партнерами. Как за ближайшим “бугром” заботятся о собственном производителе? — Во времена СССР основная масса электротехнических заводов находилась на территории Украины. Сейчас Россия стремится замещать украинскую продукцию собственной. Поэтому там работают специальные инвестиционные программы для развития собственной электротехнической отрасли. — А там есть предприятия, выпускающие продукцию, аналогичную вашей? — Они появились недавно и уже составляют нам конкуренцию. Причем по стартовым условиям они находятся в лучшей ситуации. У них на родном рынке, естественно, нет таможенных барьеров, а нам растаможка каждой партии обходится в несколько дней. После налоговой реформы у них появилось и такое преимущество, как облегченная база подоходного налога. А это напрямую отражается на заинтересованности работников: одно дело, когда у тебя забирают из зарплаты 13%, а другое — когда 30-40%. Есть и еще одна важнейшая позиция, по которой мы проигрываем, — создание собственных сервисных центров. Как известно, в мире реализация сложного оборудования предусматривает его дальнейшее обслуживание. А мы не можем преодолеть украинские законы и создать за границей, в России, свои сервисные центры. — Это что, запрещено? — Нет, конечно. Однако нормативная база такова, что легальным путем решить эту проблему почти невозможно. Можно повесить вывеску “Сервисный центр”, но ведь речь идет о том, чтобы наполнить его большими запасами всевозможных комплектующих, расходных материалов. А согласно украинским таможенным правилам, материальные ценности могут находиться за пределами страны не более года. Это значит, что каждый год нужно возить каждую гайку туда-сюда за тысячи километров и тратиться при этом на оформление всех таможенных документов. — И как вы выкручиваетесь? — Никак не выкручиваемся. Не проводим обслуживания и находимся на низшей ступени продаж сложного высокотехнологичного оборудования. Просто при поставке отправляем комплект запасных частей. Еще хорошо, что нефтяники содержат при себе собственные сервисные центры и могут в случае чего отремонтировать наше оборудование.
add company